Международная конференция «Слухи в истории России XIX - ХХ вв.»

1 - 2 октября 2009 г.

Москва, ИНИОН РАН, Малый конференц-зал

Программа

Четверг, 1 октября

Блок 1: Что такое слухи и как с ними работать? Теоретико-методические размышления

Нарский Игорь, Хмелевская Юлия (Челябинск), Проект «Слухи и насилие в истории России XIX - ХХ вв.»: проблемы и решения

Горбатов Дмитрий (Воронеж), Микрогрупповой контекст «основного закона слуха»

Блок 2: Что порождает слухи? Исторический контекст актуализации неформальной коммуникации

Подблок А: Слух как продукт военных действий и гуманитарных катастроф

Кондрашин Виктор (Пенза), Слухи о причинах голода 1932 - 1933 гг. в СССР (на материалах Поволжья и Южного Урала).

Кринко Евгений Федорович (Ростов-на-Дону), Шепотом о главном: слухи военных лет (1941-1945 гг.)

Потёмкина Марина (Магнитогорск), Война и слухи: теневой рынок информации или психология надежды

Подблок Б: Кризис власти как мотор производства слухов

Колоницкий Борис (С.-Петербург), Вдовствующая императрица Мария Федоровна как персонаж слухов (1914 - 1916)»

Эли Марк (Москва), Панический год 1953. Социальная дестабилизация после смерти
Сталина

Блок 3:  Источники и среда бытования альтернативной коммуникации

Подблок А: Крестьянские и городские слухи

Побережников Игорь (Екатеринбург), Типы слухов в традиционном обществе (восточные регионы России в XVIII-XIX вв.)

Сафронова Юлия (С.-Петербург), Слухи во время террористической кампании «Народной воли» (1879-1881 гг.)

Подблок Б: Слухи в армии и лагерях военнопленных

Нагорная Оксана (Челябинск), Слухи о немецком плене в российской общественной коммуникации Первой мировой войны

Никонова Ольга (Челябинск), Война, рассказанная «по секрету»: слухи и возможности их интерпретации

Подблок В: Слухи во властных сферах

Шиллинг Тадцио (Берлин), Слухи при «дворе» Сталина

Митрохин Николай (Москва/Бремен), Слухи в деятельности аппарата ЦК КПСС

 (1953-85)

Блок 4: Опыт содержательной типологизации неформальных нарративов

Подблок А: Светские слухи

Голубев Александр (Москва), Слухи как форма бытования представлений о внешнем мире

в советском обществе 1920-х годов

Быкова Светлана (Екатеринбург), Слухи эпохи «Большого террора»: официальное и неформальное

Подблок Б: Религиозные слухи

Манхерц Джулия (Оксфорд), Слухи о домах с привидениями, или радость неопределенности

Нарский Игорь (Челябинск), Как коммунист черта расстрелять хотел: апокалипсические слухи на Урале в годы революции и Гражданской войны

Хун Ульрике (Берлин), «Красные церкви» и «печать антихриста». Церковное подполье, народное православие и слухи в контексте религиозного возрождения после 1943 г.

Блок 5: Слухи как повод для насилия, властных санкций и массовой мобилизации

Ульянова Любовь (Москва), Слухи в инструментарии политической полиции, 1880 - 1905 гг.

Визе Штефан (Берлин), Холерные бунты в Саратове 1892 г.: слухи и погромное насилие

Шукшина Тамара (Челябинск), «За Веру, Царя и Отечество»: слухи и радикальный патриотизм в России октября 1905 г.

Блок 6: Перспективы неформальной коммуникации в постсовременном обществе

Сыченков Владимир (Казань), Природа передачи влияния в «сарафанном радио» и вирусном маркетинге

Булатова Маргарита (Иркутск), Слухи в сфере PR и рекламы:  как создать и как бороться?  

Радина Надежда (Н.Новгород), К вопросу о техниках анализа «сконструированных

слухов»

Отчет о конференции.

Встреча ученых стала одним из завершающих событий российско-германского коллективного исследовательского проекта «Слухи и насилие в России (сер. XIX - сер. ХХ вв.), поддержку которому с российской стороны в 2007 - 2009 г. оказывал Российский гуманитарный научный фонд. Помимо восьми участников проекта из Берлина и Челябинска, московский научный форум собрал 15 исследователей из Великобритании, Франции и 10 городов России от Санкт-Петербурга до Иркутска.

Организаторами конференции выступили Центр культурно-исторических исследований факультета права и финансов Южно-Уральского государственного университета (Челябинск), кафедра восточно-европейской истории университета им. Гумбольдта (Берлин), Германский исторический институт в Москве и Челябинское отделение Российского общества интеллектуальной истории. Финансовую и организационную поддержку в проведении конференции оказали Российский гуманитарный научный фонд, Германскоео исследовательское сообщество (Deutsche Forschungsgemeinschaft) и Германский исторический институт в Москве (Deutsches Historisches Institut in Moskau).

Конференцию открыл директор ГИИМ В. Дённингхаус. Первый тематический блок международного форума был посвящен общим проблемам понимания слухов и способов «работы» с ними в процессе научного анализа.  Заседание началось с краткого вступления директора челябинского Центра культурно-исторических исследований профессора И.Нарского, который познакомил собравшихся с историей проекта «Слухи и насилие», рассказал о достижениях и трудностях, с которыми пришлось столкнуться международной команде в процессе его реализации. Выступление исследователя из Воронежа Д. Горбатова было посвящено критике нескольких устоявшихся подходов к изучению слухов: точки зрения психопатологии, математической модели слухов Оллпорта - Постмэна и анализа слухов как феномена индивидуального сознания. Темы, затронутые первыми докладчиками, сразу же оказались в эпицентре оживленной дискуссии. Был затронут широкий круг вопросов: как трансформируются слухи в течение периода их существования; как связать микрогрупповой принцип существования слухов с феноменом, когда они охватывают все население; можно ли использовать слухи как инструмент для понимания политической культуры, и каким образом коррелируют слухи с понятиями исторической ситуации и общественности; чем отличаются слухи, циркулировавшие в России XVI - XVIII вв., от слухов более поздних исторических периодов, и какова роль средств коммуникации в распространении слухов; как отличить слухи от «сконструированной» информации, распространяемой по каналам пропаганды и др.

Второй тематический блок конференции был посвящен проблеме исторического контекста, в котором возникают слухи, и причинам актуализации неформальной коммуникации. В нем были представлены доклады М. Потемкиной и Е. Кринко о слухах в годы Великой Отечественной войны, Б. Колоницкого о слухах вокруг вдовствующей императрицы Марии Федоровны  и М. Эли о слухах после смерти Сталина. Целью блока было выяснение того, насколько гуманитарные катастрофы (например, войны) и кризисы систем господства влияют на производство и распространение слухов. В процессе дискуссии участники конференции пришли к выводу, что не только кризис может быть «мотором» производства слухов, но и слухи являются составным элементом кризиса. Заинтересованное обсуждение возникло и вокруг теоретических проблем: причин характеристики слухов как «негативной оценочной категории», вопроса об эпистемологической ценности классификации слухов, особенностей толкования понятия слухов в исторической науке. Следующая часть конференции прошла под знаком обсуждения источников и среды бытования альтернативной коммуникации. И. Побережников, Ю. Сафронова, О. Нагорная и О. Никонова представили свои исследования, предметом которых стали слухи, циркулировавшие в различных социальных «организмах» - среди крестьянства, в городских слоях населения, в лагерях русских военнопленных в Германии, среди красноармейцев. Обсуждение вращалось вокруг проблемы специфики слухов в традиционных обществах, механизмов «рождения» и «умирания» этого вида неформальной коммуникации, вопроса о существовании общего «культурного резервуара», где «хранятся» основные типологические смыслы, важные для слухов. На следующий день работа этого тематического блока была продолжена докладами Т. Шиллинга о слухах «при дворе» Сталина и Н. Митрохина о слухах в аппарате ЦК КПСС. В процессе обсуждения был поднят вопрос о критериях разделения слухов и вербально передававшейся информации. В блоке, посвященном «опыту содержательной типологизации неформальных нарративов», были представлены доклады А.Голубева и С. Быковой, которые иллюстрировали «светские» слухи, и выступления Дж. Манхерц, И.Нарского и У. Хун о слухах «религиозного» характера. Обсуждение «светских» слухов строилось вокруг двух основных тем - вопроса о влиянии исторического контекста на специфику содержания слухов и  проблемы исследовательского подхода к информации в материалах, зафиксировавших способы неформальной коммуникации в обществе. Обсуждая слухи религиозного содержания, участники подчеркнули, что в советском обществе слухи брали на себя функцию посредника между системой господства и общественностью (в частности, между государством и верующими) и выступали как способ осуществления государственной политики по отношению к определенным группам населения. Историческую часть конференции завершила следующая тема: «Слухи как повод для насилия, властных санкций и массовой мобилизации». Иллюстрацией к ней стали доклады Ш. Визе о связи холерных бунтов и слухов, Л. Ульяновой о роли слухов в работе политической полиции в Российской империи и Т. Шукшиной о слухах в ходе еврейских погромов. Ключевым вопросом при обсуждении этих докладов стала критика источников. «Слепое» следование за источником, особенно если это полицейские отчеты или аналитические обзоры, отметили участники конференции, может привести к повторному «конструированию» исторического прошлого с точки зрения полицейского чиновника. Завершили конференцию специалисты в области политологии и PR-технологий. М. Булатова продемонстрировала, каким образом сегодня  слухи «работают» в рекламной сфере, как они создаются и как с ними борются. Н. Радина представила результаты своего анализа использования слухов в процессе современных избирательных кампаний и деятельности политических движений. Обсуждая доклады «современной секции», участники конференции согласились с тем, что исследователи не должны использовать бинарные оппозиции, которыми мыслит массовое сознание.

Оба рабочих дня конференции завершали итоговые дискуссии. Они позволили четко очертить «болевые точки» исследований слухов и обозначить методологические проблемы, возникающие в процессе анализа этого феномена. Обсуждение существенно продвинуло аудиторию в понимании того, что такое слухи. Дискуссия показала недостатки существующего терминологического аппарата и обнаружила дефициты методологического инструментария при работе со слухами. Участники встречи высказали идеи о том, что слухи необходимо рассматривать как предмет и объект исследования, инструмент для интерпретации группового поведения, процессов формирования идентичности, индикатор политической культуры и системы взаимоотношений «власть-общество». Исследователи отметили, что при работе со слухами важную роль играют глубокая критика источника и внимательное отношение к собственным исследовательским «предрассудкам». Дискуссия обозначила темы, которые нуждаются в дополнительном исследовании: вопрос о разграничении слухов и фольклора, слухов и дискурса, проблема дефиниции того «культурного багажа» из которого слухи черпают свои интерпретационные образцы, необходимость анализа культурной памяти как социологической антитезы коллективному бессознательному  в рамках исследований по истории слухов. Участники конференции отметили важность дополнительного изучения такого аспекта как соотношение иррационального и рационального в слухах. Был обозначен круг вопросов, который можно назвать своеобразным «перспективным планированием» исторического слуховедения: необходимость исследования универсальных и конкретно-исторических составляющих слухов; дифференциации слухов в исследованиях в аспекте использования этнических и гендерных стереотипов; изучение механизмов использования слухов в технологиях господства (в исторической ретроспективе)  и др.

О.Ю.Никонова